08 декабря 2001
20805

3.8. Югославская трагедия - удар по режиму нераспространения

Военные специалисты и политологи внимательно следили за развитием событий в Югославии и старались определить наиболее характерные черты современной теории и практики ведения войны. Конечно, было бы неверным абсолютизировать ход военных действий, которые по существу носили односторонний характер, отличались подавляющим превосходством сил НАТО над Югославией. Однако по справедливому замечанию Сергея Сокута* , откровенная агрессия НАТО дала однозначный ответ на вопрос о современном миропорядке — мир перестал быть биполярным и сделана открытая заявка на формирование однополюсного мира. Не случайно некоторые специалисты характеризуют агрессию против Югославии как репетицию проведения подобных силовых акций в других регионах, которые США посчитают `зоной своих жизненно важных интересов`. Поэтому тезис `Сегодня Сербия — завтра Россия` носит отнюдь не абстрактный характер.

Рассуждая о якобы происходящей трансформации НАТО и превращении блока чуть не в политический дискуссионный клуб, лидеры Запада одновременно планируют повысить в ближайшие 10 лет на 25—30% боевой потенциал блока за счет оснащения своих армий и флотов новым оружием и приема в него новых членов. Ставится цель придать вооруженным силам высокую мобильность, оперативность боевого развертывания, гибкость в применении различных видов оружия на театрах военных действий. Иными словами, речь идет о создании вооруженных сил, обладающих высокой способностью к проецированию силы в различных регионах мира, ведению наступательных действий разного масштаба под прикрытием проведения гуманитарных, миротворческих операций.

По оценкам военных специалистов, блок НАТО в настоящее время имеет в своих вооруженных силах около 2,9 млн. человек личного состава, до 50 боеспособных дивизий и 100 отдельных бригад, до 16,5 тыс. танков, 25 тыс. орудий разного калибра, более 5 тыс. боевых самолетов. Отсюда вытекает закономерный вопрос, который поставил один из госсекретарей США: `Зачем иметь лучшую армию в мире, если ее нельзя использовать?` Война против Югославии дала наглядный ответ на этот вопрос. Развязывая агрессию на Балканах военно-политическое руководство США в то же время не до конца просчитало возможные последствия этой военно-силовой акции. Среди наиболее серьезных уроков и выводов следует указать на негативное влияние ее на процесс `вертикального` и `горизонтального` распространения ядерного оружия. Вряд ли возможно отрицать, что война в Югославии придаст новый мощный импульс в работе по совершенствованию ядерного оружия в странах, которые им обладают (`вертикальное` распространение): в частности, в России, в Китае, Индии, Пакистане, возможно Израиле, Франции, Англии. В условиях резкого ослабления Вооруженных Сил Россия вынуждена уже в настоящее время делать ставку в обеспечении своей безопасности на ядерное оружие — стратегическое и тактическое. В условиях высокого динамизма развития международной ситуации пример Югославии подрывает тезис некоторых доморощенных стратегов о том, что в ближайщие 10—15 лет военной угрозы для России не существует. Основная опасность видится не столько в виде прямой агрессии, сколько в оказании военно-политического давления на основе силового превосходства США и НАТО в совокупности с экономическим шантажом. Понимание этой опасности уже нашло свое отражение в ряде мероприятий, предпринятых по горячим следам. Так, 29 апреля 1999 г. состоялось заседание Совета Безопасности России, на котором рассматривались проблемы ядерного оружейного комплекса. По скупым сообщениям, просочившимся в СМИ, стало известно, что на этом заседании были утверждены некоторые документы, в том числе программа развития и концепция применения тактического ядерного оружия. Известно, что наиболее вероятным регионом применения этого оружия является Европейский театр военных действий. В соответствии с решениями Совета Безопасности запланировано проведение на полигоне Новая Земля серии гидродинамических (подкритических) испытаний ядерных боеприпасов с целью проверки их надежности и безопасности.

Война в Югославии совпала в США с пиком шумной кампании по обвинению Китая в краже американских военных ядерных технологий. В докладе спецкомиссии конгресса во главе с сенатором-республиканцем Кр.Коксом содержатся утверждения о том, что Китай развернул широкие работы по созданию нейтронного оружия на основе секретных сведений, похищенных в Ливерморской национальной лаборатории. В докладе также указывается об утечке из Лос-Аламосской национальной лаборатории секретных сведений, касающихся конструкции самой совершенной американской боеголовки W-88 для ракет подводных ракетоносцев `Трайдент-2`, что может обеспечить значительное повышение энергомассовых характеристик китайских боеприпасов. Вряд ли есть сомнения в том, что события в Югославии будут еще активнее инициировать процесс совершенствования в Китае ядерного оружия.

Руководство Индии признало, что овладение ядерным оружием было весьма своевременным и правильным шагом в укреплении безопасности страны и дало понять, что в ближайшее время вряд ли присоединится к Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний.

Еще более существенное воздействие могут оказать югославские события на процесс `горизонтального` распространения ядерного оружия. В некоторых странах уже сегодня задаются вопросами: на кого в следующий раз обрушится мощь США и НАТО? Что следует предпринять для того, чтобы избежать участи Югославии? Не подлежит сомнению, что в результате этой агрессивной акции число потенциальных врагов США возрастет и оно будет сопровождаться ростом настроений в пользу обладания ядерным оружием и средствами его доставки. Это в свою очередь приведет к снижению эффективности режима Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Во многих странах, особенно с неустойчивой внутриполитической ситуацией и межэтническими противоречиями, в практическую плоскость ставится вопрос: каким образом возможно обеспечить свою национальную безопасность в случае попыток повторить по отношению к ним югославский вариант `умиротворения`?

Известно, что Югославия в прошлом предпринимала определенные попытки осуществить собственную ядерную программу. Работы по ней вызвали повышенное внимание со стороны руководства страны после ядерных испытаний в Индии 1974 г. В Институте ядерной физики в Винце близ Белграда были развернуты исследования в области производства оружейных расщепляющихся материалов. В марте 1977 г. было опубликовано интервью с генерал-полковником И.Кукочем, который заявил, что в случае необходимости Югославия может отказаться от своего безъядерного статуса. Однако работы в области военного атома были свернуты в начале 80-х годов. Тем не менее, по сообщению газеты `Лос-Анджелес Таймс` (4.04.1999), научно-исследовательская база в Югославии остается вполне дееспособной: сохранился исследовательский 6,5-мегаваттный реактор, запас в 48 КГ урана-235 80%-ного обогащения, оборудование для изучения процесса обогащения урана и переработки плутония.

В последнее время не было никаких свидетельств того, что нынешние власти Югославии пытаются реанимировать программу ядерных исследований. Однако вряд ли приходится сомневаться в том, что обладай Югославия хотя бы небольшим (несколько единиц) арсеналом ядерного оружия, подобная агрессия против нее была бы попросту невозможной. Население США, их западноевропейских союзников весьма чувствительно к людским потерям, и одна лишь угроза применения ядерного оружия в ответ на использование военной силы заставила бы политических лидеров стран НАТО отказаться от военно-силового решения косовской проблемы.

Особое беспокойство в связи с действиями НАТО против Югославии будут испытывать страны, находящиеcя в `традиционных` зонах повышенного риска и особой заинтересованности США — Ближний Восток, район Персидского залива, Южная Азия, Азиатско-Тихоокеанский регион, которые в соответствии с глобалистской концепцией НАТО (а фактически США) также попадают в `зону ответственности` блока.
Как известно, для создания ядерного оружия той или иной страной необходимо выполнение трех обязательных условий: наличие соответствующего научно-технического потенциала, производство или приобретение необходимого количества расщепляющегося ядерного материала и принятия политического решения высшим руководством страны. О количестве и составе государств, отвечающих первым двум условиям, можно судить по тому, что более чем в 30 странах работает 437 промышленных реакторов, да еще значительное число государств имеет исследовательские реакторы, которые непрерывно нарабатывают плутоний. Расчеты показывают, что 1000-мегаваттный промышленный реактор производит в год такое количество плутония, которого достаточно для изготовления 40—50 ядерных боезарядов.
При этом следует иметь в виду, что плутоний, получаемый в промышленных реакторах, в принципе пригоден для использования в ядерном заряде. Правда, его конструкция будет сложнее, мощность на порядок ниже, чем у заряда с плутонием оружейного качества, он будет обладать повышенным радиационным фоном, с ним будет сложнее иметь дело в ходе эксплуатации. Однако при взрыве такого заряда будут присутствовать все поражающие факторы, характерные для ядерного оружия. Это, в частности, было подтверждено взрывом ядерного заряда на основе промышленного плутония на полигоне в Неваде в 1962 г.

Учитывая, что, как правило, мирная ядерная энергетика наличествует в странах с довольно высоким уровнем научно-технического потенциала, решающим моментом в создании ядерного оружия является принятие политического решения. Агрессия против Югославии как раз и будет инициировать принятие (разумеется, секретных) политических решений о развертывании работ по созданию ядерного оружия в тех или иных странах. Проследить в ближайшее время причинно-следственные связи в этой сугубо закрытой области будет весьма непросто, однако появление новых обладателей де-факто ядерного статуса более чем вероятно.

В качестве примера влияния побудительных мотивов на стремление к обладанию ядерным оружием являются многолетние глубокие противоречия между Индией и Пакистаном из-за Кашмира. Руководство этих стран полагает, что обладание ядерным оружием гарантирует им предотвращение агрессии против них. Брешь, пробитая в режиме ДНЯО ядерными испытаниями этих двух стран, в нынешних условиях приобретает еще большее значение. Пример Индии и Пакистана, весьма слабая и противоречивая реакция мирового сообщества на их фактическое обретение ядерного статуса в сочетании с реальной угрозой, исходящей со стороны США и НАТО, усиливает стремление ряда стран создать ядерный щит. В этом отношении весьма характерной является реакция Верховной Рады Украины в связи с событиями в Югославии и признание ошибочности провозглашения безъядерного статуса страны. В дальнейшем дело может прийти к тому, что наряду с официально признанной `ядерной пятеркой` может сформироваться своеобразный `ядерный клуб де-факто`, который приведет к окончательной девальвации режима ДНЯО. Среди признаков, свидетельствующих о нарастающей заинтересованности в обладании ядерным оружием, следует отметить стремление ряда стран заполучить специалистов ядерного оружейного комплекса, в частности, с Украины и России. Этому объективно способствует значительное сокращение численности сотрудников ядерного комплекса, ухудшение их материального положения. Есть также опасения того, что усилится деятельность спецслужб, а также террористических организаций, направленная на приобретение расщепляющихся ядерных материалов и оружейных технологий. Все это выглядит вполне реалистичным.

Разумеется, в настоящее время предсказать все возможные последствия натовской авантюры весьма сложно, однако установить основные тенденции развития международной ситуации не только возможно, но и необходимо. К числу таких тенденций, по мнению автора, относится появление в обозримом будущем новых ядерных государств, девальвация режима нераспространения.

 

 

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован